Андрей Исаев рассказал о том, как новый законопроект о занятости населения в России изменит рынок труда
Сегодня в регионах идет активное обсуждение внесенного нами проекта закона о занятости населения в Российской Федерации: проводятся совещания и "круглые столы", поступают многочисленные предложения. Государственная Дума определила в качестве срока предоставления отзывов и замечаний дату 14 февраля, но обсуждение будет вестись и дальше - до тех пор, пока продолжается подготовка законопроекта ко второму чтению.
В этом документе#nbsp;среди прочего впервые дается определение таким понятиям, как платформенная занятость и самозанятость. Более того, мы договорились со сторонами социального партнерства о том, что в ближайшее время подготовим отдельный закон, который будет касаться особенностей регулирования платформенной занятости. Сегодня на различных цифровых платформах работают миллионы людей: курьеры, таксисты, программисты, представители других профессий и специальностей. Регулирование в этой сфере остро необходимо, потому что мы уже не раз становились свидетелями забастовок платформенно занятых работников и конфликтов между ними и операторами платформ. Важность регулирования понимают и сами операторы. Они готовы создавать свои собственные объединения и вступать в переговоры с объединениями платформенно занятых.
Отмечу, что между сторонами социального партнерства сегодня продолжается дискуссия о том, видом каких отношений является платформенная занятость: профсоюзы относят ее к трудовым отношениям, а работодатели - к гражданско-правовым. С моей точки зрения, истина где-то посередине: это новая форма отношений на рынке труда, которая, несомненно, содержит признаки и одного, и другого.
С одной стороны, операторы платформ выступают в значительной мере как работодатели в отношении платформенно занятых: они определяют условия их труда, выдвигают им дисциплинарные требования, зачастую предоставляют средства труда: транспортные средства, форму, рюкзаки, сумки и так далее. С другой стороны, платформенная занятость является отношениями трех сторон, что нехарактерно для трудовых отношений. В качестве третьей стороны выступает заказчик. Формально оператор платформы не платит платформенно занятому зарплату, а берет с него посреднический процент за организацию его взаимодействия с клиентами. Поэтому я считаю, что научный спор о том, трудовые это отношения или гражданско-правовые, можно было бы отложить, но нельзя затягивать введение регулирующих платформенную занятость норм, которые позволят разрешать возникающие коллизии в цивилизованном порядке.
Несомненно, платформенно занятые должны получить право на создание своих объединений, в том числе профсоюзов.
Также будет правильным шагом создание совета операторов цифровых платформ, который определял бы общие условия работы.
И, конечно, в законодательстве должно быть четко определено, что договоренности между этими двумя сторонами ни в коем случае не должны идти во вред третьей стороне - заказчику, который не представлен в переговорах между ними.
При подготовке нового закона о занятости населения в Российской Федерации нами изначально планировалось включить эти нормы в текст. Но, как я уже писал выше, в ходе переговорного процесса мы решили, что должен быть отдельный закон. И сегодня стороны социального партнерства готовят свои замечания к уже имеющимся наработкам. Надеемся, что ко второму чтению законопроекта о занятости населения мы подготовим проект закона о платформенной занятости в качестве спутника к основному документу.